Июньская ночь или утопленники.

Лейтенанты, в большинстве одинаковы, хотя бы в том ,что им предшествуют курсанты. Будущая основа Флота ,его крепко сбитое тело, это -твёрдые четвёрышники с проблесками троек, в меру выпивающие и твердо решившие дослужиться минимум до командира корабля. Но бывают иногда мутации в этой среде, что приводит порой к адмиральским””паукам” на погонах или ……..

… Славик в училище не пил, не курил, учился на пятёрки, а ещё был старшиной класса, и ,при осознанной положительной политической активности , в партию вступил уже на третьем курсе. Такие обычно не попадают на недостойные их подводные лодки. Их берегут . Растут они на берегу при высоких штабах ,институтах и тому подобное, что и является настоящим флотом , которому порой назойливо мешают служить корабли и другие подводные лодки ,частенько подпорчивая отчетность и напрягая и без того занятых дядей своими мелочными проблемами и вопросами. Но случилось так, что Славик попал на корабь. Две маленьких звезды через полоску на каждом погоне вызвали не только штатную метаморфозу превращения курсанта в лейтенанта, но потеряв, в процессе метаморфозии где то в области метафизики стопора, закрутили её эту самую метаморфозу немного левым винтом. Короче, став лейтенантом экипажа подводного крейсера, наш Славик ,на почве новой степени свободы и вспыхнувшей страсти к женщинам и вину,очень быстро деградировал в исключительного раздолбона и злостного нарушителя воинской дисциплины .

Свой” Славик” был и соседнем экипаже и звали его “Боник”. На почве общих интересов они сдружились крепкой кабацкой дружбой и были завсегдатаями ресторана Приморский в славном Падловске, небольшом эстонском городке ,ныне входящим в агрессивный блок НАТО.

Однажды с ранья, в воскресение, страдая от подташнивания и боли головы- расплаты за субботнии услады, наши друзья ,захватив пару водочки(для поправки), отправились на городской пляж. Прибалтийская погода дарила солнце и на пляже уже обозначилось большинство населения военного гарнизона. На жарком солнце и на “старые дрожи” Славика и Боника развязло в хлам. Сознания их, переместившись в сумеречную область , без сопротивление угасло быстро.

Уходили Славик и Боник с пляжа уже не вместе, у Славика подсознания хватило, что бы одеться , а Боник так и протопал в плавках в свой номер мимо обомлевшей дежурной по гостинице, где упав в коечку тут же уснул. А его одежды так и остались лежать на пляжном песке. И всё бы ничего, обычное явление, но специфика флота отличается повышенным содержанием в нём, военнослужащих с обострённым чувством ответственности. Была даже попытки градуирования её степеней. Так:

Первая – это когда офицер отвечает только за себя.

Вторая – за своё подразделение.

Третья - за весь Военно-Морской Флот.

Четвёртая – высшая - за все Вооруженные Силы страны и судьбы мира.

И случись же военмору, близкому к четвёртой степени , прогуливаясь по пляжу ,встретиться в пространстве и времени с ризами нашего Боника, сиротливо грустившими по теплу тела своего хозяина у уреза воды.

Военмор был толст, рыж и предан делу КПСС. Благодаря этим качествам ,бывший морпех достиг высокого звания капитана 1 ранга и должности замполита самой большой подводной лодки всех времен и народов, правда сама она стояла пока в цехе завода города на Двине, но это к делу не относится. Гордость за корабль , доверие партии и политического руководства способствовало развитию в нём высокого чувства бдительности не только в вопросах идеологии, воинской дисциплины, культуры быта а вообще в мировом маштабе. А лежащая на песке одежда просто кричала ,что где то должно быть и тело и скорее всего в воде. А если солнце клонится к закату и пляж практически пуст, то выводы делайте сами…

Правильно…Была объявлена тревога. Всех построили и пересчитали, распустили, снова построили…пересчитали.Часа через три обнаружили, что все кому положено -на месте, отсутствует только мичман Ларин. Ларин Володя-старшина гидроаккустиков из нашего экипажа.

Боник же к тому времени успел проспаться и смирно стоял в строю своего подразделения, пряча взор и дыша носом ,что бы факел выхлопа не достиг чуткого носа родного замполита.

И начались поиски утопленника, то что мичман Ларин утонул уже никто не сомневался. Прошла ночь.

Утром доложили о ЧП наверх и сформировали плавгруппу в составе двух шлюпок, для обследования акватории с задачей поиска утопшего тела. А старшими на них назначили ,догадались,-на одну Боника ,на другую Славика. Надо сказать ,что ночь волнений и напряжений окончательно уничтожила остатки алкоголя в крови молодых организмов и организмы начали догадываться кого они ищут, эту страшную догадку окончательно подтвердила одежда утопленника в которой Боник узнал свою. Инерция связанная со страхом справедливого возмездия была погашена партийной совестью только в вечеру ,после нескольких десятков галсов по акватории у пляжа. В 20.00 герои созрели и пошли сдаваться.

В это время ,товарищи ,назначенного утопленником мичмана, дошли в поминании своего боевого друга до полной кондиции, надо сказать ,что мичман то был не плохой, только любил баб на стороне(по этой причине и не смог оказаться в назначенное время в назначенном месте),но ведь это не такой уж большой недостаток для подводника.

И вот дверь комнаты где сидели заплаканные военморы распахнулась и …..на пороге возник сам “утопленник”…Дальше без комментариев.

На следующий день лейтенанты Славик, Боник и мичман Ларин Володя встретились на гарнизонной гаупвахте, где и провели вместе некоторое время.

За что???